Певец Шпрот пишет: «Ераблур раньше был другим. Мой дед был одиннадцатым сыном в Ераблуре. В возрасте 38 лет мой отец погиб за Родину.
Помню, дороги не было, мы поднимались в горы. Был ручей, вода была чистая на вкус. После того, как я воскурял благовония и целовал камень деда, я ходил к ручью и разговаривал с Богом. Мне было 11 лет, я молился, чтобы Бог вернул моего деда. Я чувствовал себя беспомощным, словно беззащитным. Я верил, что однажды увижу своего отца и хотя бы обниму его. Он был таким добрым дедом.
Сейчас Ераблур другой. В то время моему деду было как минимум за тридцать. Сейчас в Ераблуре есть дорога и церковь, но мальчикам уже по 18 лет.
Николу просто нужно уйти, чтобы души этих мальчиков могли обрести покой…»